Каталог статей
Главная » Статьи » Статьи по аквариумистике. » Статьи пользователей

Не совместимость растений.
Анатолий Онегов.

После того как у меня погибли мои первые гуппи, аквариум долго оставался пустым. Правда, на дне стеклянной банки из-под аккумулятора по-прежнему лежал хорошо промытый песок, в банке все также была налита вода, но ни рыбок, ни растений там не было.
Рыбок мне пока не на что было выменять, негде было достать и растений. Если бы была весна или лето, то я обязательно принес бы домой откуда-нибудь элодею или другой какой-нибудь кустик из пруда. Но на улице стояла зима. В зоомагазине растений не продавали. О существовании Птичьего рынка я все еще ничего не знал, а мои знакомые мальчишки, обладатели аквариума, делиться со мной растениями не собирались… И мне оставалось лишь ждать и без конца перелистывать страницы книги о рыбках и растениях.

«Растения в аквариуме,безусловно, необходимы, так как они имеют гораздо большее значение в жизни обитателей аквариума, чем наземная растительность в жизни животных на земле. Придавая аквариуму вид естественного заросшего водоема, водные растения поглощают углекислый газ, вредный для животных, и делают воздух, растворенный в воде, более пригодным для дыхания…»— так начинался в моей книге рассказ о растениях в аквариуме.
Тогда я еще не знал, что растения не только поглощают углекислый газ, растворенный в воде, и выделяют в воду кислород. Гораздо позже стало известно мне, что растения, как и все живое на земле, еще и дышат, поглощая при этом кислород и выделяя углекислый газ, и что при определенных условиях (например, когда аквариум затемнен и туда не попадает свет) растения могут быть даже опасными для рыб: они отберут у воды кислород и перенасытят воду углекислым газом — ведь растения поглощают углекислый газ только на свету.
Я многого еще не знал и, как когда-то описанием рыб, теперь просто зачитывался описанием водных растений. Да и посудите сами, разве неинтересно было читать?
«Кабомба. Веерообразные и мел-корассеченные листья этого чрезвычайно оригинального растения напоминают листья перистолистника. Цвет их или блестяще-металлический, темно-зеленый или красноватый… Цветы небольшие серебристо-белые, с желтой серединой…»
Или такое вот описание цветения валлиснерии:
«Цветение, которое носит название свадьбы валлиснерии, происходит следующим образом: спирали ножек женских цветов вытягиваются и цветы всплывают на поверхность; мужские цветы отрываются от своих ножек, всплывают на поверхность и, раскрыв венчики, осыпают женские цветы своей цветенью; после этого спираль женских цветов скручивается и опускает цветы на дно, где они и находятся до полного вызревания семян».
Так, шаг за шагом, вступал я в новый и неизвестный пока мне мир, мир водных растений, мир таинственный, как таинственна сама вода.
А как загадочно, зовуще звучали тогда для меня даже сами названия растений: амбулия, бакопа, людвигия,— и за каждым таким названием следовали еще названия стран, частей света, тропических островов, где эти растения растут. И одно это перечисление еще больше окружало растения, которые могут расти в аквариуме, экзотической тайной.
Словом, тогда я бредил растениями, мечтал о них, хотя и знал, что в обозримом будущем мне вряд ли удастся приобрести и посадить в своем аквариуме эти редкие травы. И я совсем не догадывался, что мое счастье было очень близко.
Как-то мои страдания над рисунками с аквариумными растениями
подметил отец и очень скоро принес мне баночку, в которой была (что бы вы думали!) самая настоящая валлиснерия. И не одна, не два кустика, а много-много чудесных, изумрудного цвета кустиков того самого растения, о свадьбах которого вы только что прочитали.
Откуда посреди зимы, да еще в такое время, когда только что отгремела война, взялась эта нежная аквариумная травка? А у травки, как и у всего, что пережило войну, оказалась совсем непростая история…
У друга моего отца, у того самого доброго человека, который подарил мне чудесную книгу про живой уголок, был сын. Если бы он был жив тогда, в первые послевоенные годы, то был бы уже взрослым человеком, но до конца войны он не дожил. Он погиб на войне, оставив после себя больную память родителям и небольшой аквариум на окне комнаты.
Когда молодой человек уходил на войну, он просил отца, веря в свое скорое возвращение, поберечь аквариум, рыбок и растения. И его родители как могли берегли и растения, и рыбок. Но уберечь теплолюбивых рыбок в холодной московской квартире военного времени не удалось— они погибли, а вот травка — а это и была та самая валлиснерия, о которой рассказ,— как-то вынесла холода, как-то пережила военные зимы, без подогрева и освещения. Но человека, который вырастил ее в своем аквариуме, она так и не дождалась. Молодой человек погиб, а его постаревшие родители все берегли и берегли аквариум, уже без рыбок, но с разросшейся травкой красивого изумрудного цвета.
Несколько кустиков этой травки, пережившей войну, и было подарено мне вслед за книгой о живом уголке, которая тоже принадлежала молодому человеку, не вернувшемуся с войны…
Надо ли говорить, как бережно обращался я с каждым кустиком этой легендарной валлиснерии, как беспокойно ждал, приживется ли она у меня. И кустики прижились. В стороне от окна им было темновато. Осветителя тогда у меня еще не было, и я все-таки решил поставить аквариум с валлиснерией на окно. Ведь рыбок пока я не собирался заводить, сама же валлиснерия не требовала очень высокой температуры воды, да к тому же она уже жила в холодной комнате не одну зиму. А на окне ей будет больше света.
И кустики, переставленные вместе с аквариумом ближе к свету, принялись расти. Сначала я отметил, что из серединки каждого кустика стали появляться молодые, светло-зеленые листья-стрелочки, эти стрелочки упрямо тянулись кверху. А потом с радостью обнаружил и молодые побеги, показавшиеся из песка. Валлиснерия, как земляника и клубника, протягивала свои усы в разные стороны, и на конце каждого такого усика появлялся побег — начало нового кустика. Моя валлиснерия завоевывала новое пространство, разрасталась.
Конечно, я не ждал, что мои растения зацветут и я увижу знаменитую свадьбу валлиснерии. Для цветения этим растениям — вычитал я в этой же книге — требуется достаточная глубина, а потому в небольших аквариумах свадеб валлиснерии и не бывает. Но все равно радости моей не было конца. И теперь я снова собирался заводить
рыб — ведь растения у меня уже есть.
Но почему-то бывало у меня так, и не раз: за каждой большой радостью обязательно приходили горькие переживания, а то и беды. Начиналась весна, ярче светило солнце, казалось, что никаких неприятностей вообще не существует на свете, но однажды заметил я, что стекло- моего аквариума — аккумуляторной банки,— обращенное к свету, стало покрываться маленькими зелеными точечками. Это были водоросли. Я знал, что такие водоросли-налет надо счищать специальным скребком, который совсем просто устроить из палочки и половинки лезвия бритвы. Налет со стекла я счистил, но тут же заметил, что мои ярко-изумрудного цвета кустики валлиснерии тоже покрылись зеленым налетом водорослей и потеряли свои чудесные краски. Это была уже беда — счистить водоросли с листьев растений я не мог.
Дальше — больше, и в углу аквариума, на дне, обнаружил я зеленый налет, который, видимо, собирался затянуть все дно. Этот зеленый ковер не только стелился по песку, но и, загибаясь своими краями, пытался подниматься вверх по стеклу. Днем, когда солнце светило очень ярко, этот зеленый ковер начинал вспучиваться — под ним появлялись пузырьки какого-то газа.
Если бы знать мне в то время, что причиной всех бед был излишек света, прямые солнечные лучи, перегрев аквариума, стоящего на окне! Если бы я убрал аквариум с окна или, на худой случай, загородил его чем-нибудь от солнца, то не случилось бы у меня в аквариуме главной беды… Но я не знал, как победить разрастающиеся водоросли,
переживал за валлиснерию, облепленную этим зеленым мхом, и, конечно, дождался самой главной беды — вода в моем аквариуме зацвела.
Наверное, вам не раз приходилось видеть, как в летние жаркие дни цветет вода в небольшом пруду. В воде такого цветущего водоема очень много мелкой зеленой пыли — это сильно размножились так называемые зеленые водоросли. Вода в цветущем водоеме поэтому теряет прозрачность.
В цветущей воде не видно ни рыб, ни растений, но это еще не самое страшное. В нашем аквариуме теперь переизбыток растений, ведь водоросли — это те же растения. На свету они тоже выделяют кислород, и днем в аквариуме кислорода теперь в избытке. А ночью?.. А ночью водоросли, как и другие растения, поглощают кислород и выделяют углекислый газ. Теперь, когда вода цветет, ночью в аквариуме скапливается очень много углекислоты, и рыбы в такой воде ночью начинают задыхаться — им не хватает кислорода.
Пагубно влияет на обитателей аквариума и то, что содержание кислорода и углекислоты резко меняется ото дня к ночи: днем очень много кислорода, а ночью его почти нет, днем почти нет углекислоты, а ночью ее в избытке. Рыбы обычно болезненно реагируют на резкие изменения условий содержания и поэтому нередко гибнут в цветущей воде.
Бороться с цветением воды трудно. Не выручит вас здесь и частичная подмена воды — свежая вода только поможет водорослям развиться еще сильней. Лучше всего чем-нибудь затемнить аквариум на 4—5 дней: лишившись света, зеленые водоросли погибнут. Можно запустить в аквариум с цветущей водой побольше дафний. Эти крошечные рачки быстро справятся с размножившимися водорослями — они их просто поедят.
Ничего этого тогда я не знал. Я тяжело переживал случившееся, менял воду, снова ставил свою стеклянную банку-аквариум на светлое место, к окну, и снова все повторялось сначала. Хорошо, хоть в моем аквариуме тогда не было рыбок.
Вода в моей банке перестала цвести сама по себе к концу лета, когда солнце стало светить поменьше. Мои растения, к счастью, не погибли, их новые листья и побеги уже не покрывались зеленым налетом-мхом, и я немного успокоился.
Наступила осень, на улице стало холодно, и я убрал с подоконника свой аквариум, боясь заморозить растения. А чтобы растениям было светло и здесь, в стороне от окна, на стенку аквариума повесил лампу с отражателем и включал ее каждый вечер. Вот тут и встретился я снова с зеленым налетом на стенке аквариума и на листьях растений: прямоугольничек стекла напротив отражателя стал быстро зарастать зеленым «мхом». Это были все те же самые зеленые водоросли.
Оказалось, что зеленые водоросли успешно развиваются не только при солнечном свете. Хоть и слаб был свет моей лампы, вставленной в отражатель, но попадал он в аквариум не сверху, а сбоку, и при таком, боковом, свете водоросли чувствуют себя особенно хорошо. И только тогда, когда у меня появился осветитель, который можно было установить сверху, над аквариумом, я избавился от зеленого «мха»— при верхнем свете зеленые водоросли уже так сильно не разрастались.
Итак, я сделал первые выводы. Излишний свет вреден аквариуму! Излишний свет вызывает бурный рост водорослей, цветение воды и гибель рыб. Поэтому никогда больше не ставил я аквариум на окно. На всю жизнь я запомнил, что лучший солнечный свет для аквариума— утренний или вечерний, и то всего два-три часа в день. Помнил я и другое: боковой свет лампы тоже вызывает рост водорослей,— и потому всегда старался, чтобы мой аквариум освещался искусственным светом только сверху.
Кустики первой моей травки, валлиснерии, многому меня научили. А чуть позже, когда у меня появился первый настоящий аквариум, аквариум каркасный, большой, куда я пересадил свои растения, валлиснерия рассказала мне и еще об одной возможной ошибке.
У моей травки вдруг начали желтеть кончики листьев, потом эти пожелтевшие кончики отмирали. Свету растениям было достаточно — они росли, давали побеги, но кончики листьев все-таки продолжали отмирать… Долго пришлось мне рыться в книгах, пока я не нашел ответ на мучавший меня вопрос. Оказалось, что кончики листьев у валлиснерии желтеют, когда в воде растворено много солей железа.
Раньше, когда у меня был цельностеклянный аквариум, этого не происходило, а вот в каркасном случилась беда: каркас аквариума был сделан из оцинкованного железа и сделан не очень удачно—у аквариума было железное дно. Кое-где оцинковка сошла, появилась ржавчина, и соли железа стали попадать в воду. Это изменение состава воды
прежде всего почувствовала валлиснерия и болезненно отозвалась на него.
Когда некоторые правила ухода за растениями стали мне известны и улеглись первые тревоги, я снова принялся читать описания редких тропических растений. И моей самой главной мечтой было — посадить у себя в аквариуме кабомбу…
Вы уже знаете из моего рассказа об этом очень красивом растении с веерообразными и мелко рассеченными листьями, цвет которых блестяще-металлический, темно-зеленый или красноватый. К тому же кабомба, в отличие от валлиснерии, в аквариуме могла цвести.
Я не помню сейчас, как именно попал ко мне первый маленький кустик этого растения. Но в конце концов он появился у меня, и я посадил его в аквариуме на самом светлом месте, ведь кабомба очень любит свет и в тени не растет.
Аквариум у меня освещался тогда, как положено. Два-три часа в день на него падал утренний солнечный свет (аквариум стоял в полутора метрах от окна), а вечером я зажигал лампу в отражателе, который был установлен над аквариумом, то есть у меня был лучший искусственный свет — такой, верхний, свет аквариумные растения очень любят.
Все было как надо, но кабомба моя почему-то не росла, ее верхушечная почка как бы остановилась и не двигалась в росте, новые листья на верхушке не раскрывались, а старые по одному стали отделяться от растения и подниматься к поверхности или падать на дно. И скоро недавний пышный кустик стал походить на хилое деревце, выросшее в тесноте темного леса - у моей кабомбы еще оставалось несколько маленьких листочков на вершинке, хотя сам голый стебелек из густозеленого сделался прозрачно-желтым. Растение гибло! Почему?
Уже потом, когда не один кустик кабомбы погиб у меня в аквариуме, узнал я, что для этого растения, привезенного к нам из Южной Америки, необходимы иные условия, чем для неприхотливой валлиснерии.
Оказалось, что кабомба неплохо чувствует себя только в крупнозернистом песке! Хорошо промытый песок, в котором почти не остается никаких органических остатков, сам по себе не может обеспечить растение нормальным питанием. Поэтому нередко и рекомендуют сажать кабомбу в песок таким образом: сначала сделать в песке небольшую лунку-углубление, затем положить на дно лунки немного дерновой земли, богатой питательными веществами, и только потом посадить сюда растение. Если не сделать этого, да еще посадить растение, требующее хорошего питания, в мелкий песок, через который почти не проникают к корням питательные вещества, находящиеся в аквариуме, то растение начнет голодать и болеть. Вот почему не смогла расти у меня кабомба. Вот почему высаживать кабомбу можно только в крупнозернистый песок.
Крупнозернистый песок лучше пропускает питательные вещества к корням растения, в таком песке им легче и дышать. Ведь корни растения, как и остальные его части, тоже дышат, поглощая кислород и выделяя углекислый газ. Поэтому к корням все время должна поступать свежая вода, богатая кислородом, а от корней все время должен отводиться выделяемый ими углекислый газ. Такую вентиляцию мелкий
песок, конечно, не обеспечит, и нежное, чувствительное к условиям жизни растение очень скоро может погибнуть.
Подводило меня и незнание жизни кабомбы. Нередко в зимнее время стебли растения, укрепленные в грунте, вдруг отгнивали, поднимались кверху и так плавали в толще воды. И если им хватало освещения, если их устраивала температура воды, то, судя по всему, они чувствовали себя в таком состоянии совсем неплохо, по крайней мере, они не теряли листьев и сохраняли свой густой зеленый цвет. Весной у таких, оторвавшихся от грунта растений по всей длине стебля появлялись почки корней и молодые отростки. Так веточки кабомбы превращались в плавающие растения, которые жили в толще воды, получали прямо из воды необходимое им питание и не собирались опускаться на дно и пускать свои корни в грунт.
Конечно, вначале я очень пугался, обнаружив, что у моей кабомбы начали отгнивать стебли. Тут же я сажал отделившиеся стебельки обратно в грунт, а они снова через некоторое время всплывали к поверхности, оставляя часть своего перегнившего стебелька в песке. И снова я возвращал растение в песок, а оно снова никак не давало корней и всплывало к поверхности, становясь раз от разу все меньше и меньше — ведь часть стебелька всякий раз оставалась в грунте.
Нет, такой кустик, закончивший к зиме свой рост и отделившийся от растения, я, конечно, не мог заставить снова расти, давать корни. Растению положено было зимой отдыхать, плавая в толще воды. Вот почему зима считается очень неподходящим временем для разведения кабомбы.
В конце концов кабомба у меня прижилась. Точнее, я научился выращивать ее у себя дома, и она росла, цвела, заполняя собой весь аквариум и делая его похожим на подводные джунгли.
Много перебывало в моем аквариуме всяких растений, но и сейчас больше других люблю я кабомбу, которая далась мне так трудно, и простенькие кустики валлиснерии, которые всегда напоминают мне мое детство и мой первый аквариум — стеклянную аккумуляторную банку, стоящую на окне. Поэтому, какие бы растения я ни сажал в аквариуме, каких бы рыбок ни заводил, я всегда помню о валлиснерии и кабомбе.
В том аквариуме, о котором я хочу вам рассказать, тоже росли кабомба и валлиснерия…
Кабомба росла хорошо, буйно, тремя мощными кустами, только четвертый кустик, посаженный у стенки, обращенной к окну, а потому освещавшийся прямыми солнечными лучами, рос хуже — кабомба не очень любит прямые солнечные лучи.
У задней стенки этого большого аквариума скромным рядочком росла валлиснерия, ее было немного — я посадил ее по старой памяти.
Задний правый, обращенный к окну угол заняли три высоких куста японики1, а перед валлиснерией и японикой небольшими кустиками-розеточками расположились криптокорины. Все растения давно прижились, и я был уверен, что все они
будут чувствовать себя в моем аквариуме очень хорошо. Но не тут-то было.
Кабомба, как я уже говорил, росла прекрасно — ей хватало света, и очень скоро она полностью захватила поверхность аквариума.
Японика росла у стенки, на которую падал свет от окна, и тоже росла мощно, красиво. И я ожидал, что вот-вот она начнет давать жизнь новым молодым кустикам.
Криптокорина не росла так быстро и буйно, как кабомба, но, видимо, чувствовала себя тоже ничего, ибо у нее уже появились усы-побеги, на конце которых стали развиваться новые кустики.
И только валлиснерия вела себя как-то странно. Я не замечал у нее пока новых побегов, хотя не было и признаков того, что растение чувствует себя плохо. Нет, валлиснерия росла, листья ее тянулись кверху и, пройдя через зеленую массу кабомбы, стали вытягиваться по поверхности. И только тогда, когда листья валлиснерии вышли к свету, у нее появились молодые побеги.
Побеги, как и полагалось, шли от старых кустов в разные стороны веером. Казалось, их не смущала ни близость мощных кустов японики, ни полоса грунта, засаженная криптокоринами, ни соседство кабомбы—молодые кустики валлиснерии появились по всему аквариуму, смело проходя через чужие владения. И все молодые кустики быстро росли и тянулись вверх, к свету лампы.
Все стало ясно. Валлиснерия была загорожена кабомбой от света. Вот почему сначала она не давала побегов, а только тянула листья к свету. Но вот листья вышли на поверхность, и валлиснерия предприняла наступление по всему аквариуму.
С кабомбой валлиснерия, видимо, не очень конкурировала — ветки кабомбы и проникшие сквозь них листья валлиснерии, видимо, довольно мирно делили между собой падающий на поверхность воды свет. Казалось, валлиснерия не могла помешать и янонике — листья японики тоже достигали поверхности воды и по-прежнему получали в достатке свет от моего осветителя. К тому же эти кусты освещались и боковым светом от окна. Но японика почему-то не росла и не давала побегов.
Уже позже, когда я вынужден был чистить аквариум и пересаживать растения, в грунте я обнаружил много маленьких клубней японики, из которых должны были развиваться новые растения, но так и не развились из-за соседства с сильно разросшейся валлиснерией. Клубни эти я сохранил, снова посадил в аквариум, и они стали прекрасно расти — в новом аквариуме рядом с ними не было столь агрессивного конкурента.
Итак, японика в моем аквариуме чувствовала себя рядом с валлиснерией не очень уютно. Ну, а криптокорина? А криптокорина немного выдвинулась к переднему стеклу и так и остановилась в росте, маленькая, скромная, хотя именно этот вид криптокорины вроде бы не боялся недостатка света (чуть позже я убедился, что это именно так!). Словом, соседство валлиснерии, видимо, угнетало и мою криптокорину, мешало ей, и она не росла, а будто заснула, остановилась в росте.
Уж как развивались бы события в моем аквариуме дальше, не знаю, ибо случилось непредвиденное — мы всей семьей собирались уезжать из Москвы, и надолго. Рыбок у нас в то время не было, чижа мы брали с собой, ибо доверить его никому не могли — чиж жил у нас давно и ему требовался особый уход. Оставались дома у нас только растения в аквариуме: кабомба, валлиснерия, японика и криптокорина… Как быть? Оставить аквариум так, как он есть, нельзя: приближалось лето, солнце будет светить сильно (наши окна выходили на юг) и вода, конечно, тут же зацветет. Да, скорей всего надо поступить так: прикрыть окно светлой занавеской — она придержит прямые солнечные лучи и вода в аквариуме не зацветет.
Я так и поступил. Но из комнаты я уходил не последним, и кто-то из домашних, позабыв об аквариуме и растениях, взял да и задернул окна еще и плотными шторами. И аквариуму, конечно, не стало хватать света.
Домой я вернулся только через месяц. Был вечер. Я зажег свет в комнате, включил осветитель аквариума— и замер от удивления… В аквариуме было необычно пусто.
Где кабомба? Кабомбы не было… В аквариум не попадало света, и вся кабомба, за исключением одной-единственной веточки, торчащей у стекла, обращенного к окну, погибла, сгнила и опустилась на дно желтовато-коричневатой грязью. От недавних пышных кустиков, как напоминание, остались только столбики-пеньки высотой сантиметра в три — голые, безлистные, такие столбики остаются от веток кабомбы, поднявшихся по зиме в толщу воды.
От недавних мощных кустов японики осталось только по два-три листика, гиганты превратились в карликов — света не хватало и им.
Валлиснерия выглядела очень странно. Во-первых, она поредела, не было ни одного молодого побега, и от сплошной изумрудной стены остался лишь реденький заборчик, который как будто давным-давно не ремонтировали. Листья растений потемнели, стали бурыми. Многие из этих листьев я отделил потом от кустиков и выбросил.
Ну, а криптокорина? Вот тут-то и ждало меня чудо. Криптокорина была жива и здорова! Нет, она не прибавила больше в высоту, но, как ни странно, число кустиков ее увеличилось, а листики были крепки и не изменили цвета.
Я вычистил весь аквариум, перемыл грунт, отыскал в песке клубни японики и высадил их вдоль задней стены с таким расчетом, чтобы ничто не загораживало им верхний свет. Рассадил пошире криптокорину.
Прошло время, и в моем аквариуме наступило царство криптокорин — вчерашние карлики тянулись кверху, разрастались, заполняя собой весь аквариум, как когда-то заполняли его собой кабомба и валлиснерия. На этот раз кабомбы и валлиснерии в аквариуме не было — кабомба вся погибла, а валлиснерию я пересадил в другой аквариум.
Ну, а японика? Японика пока растет, не очень быстро, но уверенно. Правда, новых побегов еще не видно…
Вот такой неожиданный урок преподал мне, уже опытному аквариумисту, мой аквариум. Запомните и вы: в одном аквариуме очень трудно выращивать сразу много разных растений — часто растения угнетают друг друга, отстаивая свои преимущественные права на свет и питание. Поэтому никогда не стремитесь посадить сразу самые разные растения. Научитесь сначала выращивать одно-два растения в аквариуме, а там уж, изучив их особенности, посадите к ним и третье. И только в больших аквариумах можно выращивать много разных растений, но и тут надо устраивать отдельные уголки для одного-двух растений.

Категория: Статьи пользователей | Добавил: чейз (25.03.2009)
Просмотров: 7957 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright © 2008-20017.Рыбий-Бог
Закрыть